۩۞۩ ЗАМЕТКИ КРАЕВЕДА ۩۞۩ ОТ...

۩۞۩ ЗАМЕТКИ КРАЕВЕДА ۩۞۩ ОТКРЫТИЕ РУССКИМИ АВАЧИНСКОЙ ГУБЫ Авачинская губа на Камчатке уже давно обрела славу одной из лучших гаваней мира. Еще в конце XVIII века известный русский мореплаватель Гавриил Сарычев писал: «Нет нужды выхвалять ее положение. Известно всем, что она почитается наилучшей в свете из всех от натуры произведенных». Аналогичные характеристики ей давали и многие участники знаменитых русских кругосветных плаваний начала XIX века. В середине XIX века генерал-губернатор Восточной Сибири Н. Н. Муравьев (впоследствии граф Муравьев-Амурский) отмечал: «...я много видел портов в России и в Европе, но ничего подобного Авачинской губе не встречал...» Немало восторженных отзывов об Авачинской губе имеется и в иностранной литературе. Поэтому открытие русскими Авачинской губы можно смело назвать одним из самых полезных географических открытий русских на Дальнем Востоке. На вопрос, когда это важное открытие было совершено, долгое время никто достоверного ответа дать не мог. Одни полагали, что первым вблизи Авачинской губы смог побывать торговый человек Федот Алексеев Попов, участник знаменитого плавания Семена Дежнева с Колымы на Анадырь 1648 года: он-де смог первым из русских в 1649 году обогнуть южную оконечность Камчатки. Другие склонны были считать, что первым из русских южную оконечность Камчатки обогнул в 1656 году казак Михаил Стадухин и, следовательно, мог побывать у входа в Авачинскую губу... Мы живем в такое время, когда читатели ждут от историков только чистую правду. Поэтому сразу же нужно сказать, что обе эти версии ничего общего с правдой не имеют. Первая версия возникла еще в конце 30-х годов XVIII века — девяносто лет спустя после плавания Семена Дежнева. Вторая версия родилась и того позже — во второй половине XIX века по вине историка-дилетанта А. С. Сгибнева. И ту, и другую версию опровергают документы XVII века. По ним видно, что Федот Алексеев Попов погиб от цинги недалеко от Анадырского лимана и на Камчатке вообще не бывал, а Михаил Стадухин весь 1656 год провел вблизи современного Магадана на реке Тауе и никогда полуостров Камчатка не огибал: с Анадыря на Охотское море он прошел посуху зимой 1650/51 года по замерзшей реке Пенжине. И хотя он первым из русских достиг северной части западного побережья полуострова и первым сообщил властям о его существовании («Носа» между Пенжиной и Анадырем), сам в глубь полуострова Камчатка не ходил, да и само название «Камчатка» ему еще не было известно, так как оно возникло только в самом конце 50-х годов XVII века и до конца 90-х годов относилось только к полуостровной реке. Вглубь полуострова первые русские группы стали ходить лишь с 1658 года. В результате первых русских походов 1658—1662 годов на полуострове появились первые временные русские зимовья: около устья реки Лесной (на западном побережье), на реке Русаковке — на восточном побережье и, наконец, в верховьях реки Камчатки — около устья реки Никул, которую позже русские стали называть «Федотовщиной». Но пока нет никаких данных, что эти первые русские, жившие на Камчатке в те годы, смогли бы побывать и в районе Авачинской губы. Никаких плаваний вокруг южной оконечности полуострова тогда русские не совершали. Не смогли побывать в районе Авачинской губы и участники камчатских походов как Луки Семенова Мороско — в 1695—1696 годах, так и Владимира Владимировича Атласова — в 1697—1699 годах. Впервые русские дошли до района Авачинской губы только в самом начале XVIII века. Еще С. П. Крашенинников первым отметил, что в 1702—1703 годах приказной Тимофей Кобелев собирал «ясак по реке Камчатке, так и по Пенжинскому и Бобровому морю». Он же пояснял, что Бобровым морем казаки называли часть Восточного, то есть Берингова моря «присуду Верхнего Камчатского острога». И дано это название было «по морским бобрам, которых там больше других мест промышляют». Под «бобрами» здесь имелись в виду каланы. Поэтому давно возникло предположение, что первыми в район Авачинской губы могли попасть люди из отряда Тимофея Кобелева. И лишь в 1957 году это предположение впервые подтвердилось. В богатейшем московском Центральном государственном архиве древних актов (ЦГАДА) (ныне – Российский государственный архив древних актов (РГАДА). – Отдел краеведения) удалось разыскать камчатскую ясачную книгу Тимофея Кобелева за 1702—1703 годы. В ней оказалась запись «Подле Камчатцкое море в Нос Курильской земли», в которой шли записи с реки с ительменским острожком «Шемяч». От этого названия река и стала именоваться русскими «Семячик». «Пятая» река тогда называлась ительменами «Кашеныч», и так как на ней жил «лутчий мужик» (то есть тойон) Налач, то русские стали называть ее Налачевой. «Шестая» река называлась ительменами «Налахтырь». Нетрудно понять, что это хорошо известная всем петропавловцам река Калахтырка. «Седьмая» река впадала в Авачинскую губу и тогда именовалась «Кугач», а соседняя «восьмая» — «Кугуч». Несомненно, здесь под одной из них подразумевалась река Авача. Напомним, что и позже казаки называли ее «Сугач». А участник Второй Камчатской экспедиции адъюнкт Академии наук Георг Стеллер утверждал, что в те времена ительмены называли Авачинскую губу — «Гшуабач», которое вполне могло в устах казаков превратиться в упрощенное «Кугач». Как бы то ни было, теперь окончательно доказано, что люди Тимофея Кобелева действительно в 1703 году смогли первыми из русских побывать в Авачинской губе. Отсюда они позже нашли и новый путь к реке Большой — очевидно, по реке Аваче. Но кто же конкретно из казаков смог тогда достичь Авачинской губы? И на этот вопрос удалось найти ответ в 60-х годах. В Ленинградском отделении Архива Академии наук СССР (ныне – Санкт-Петербургский филиал Архива РАН. – Отдел краеведения) была обнаружена копия любопытного рассказа камчатских казаков Ивана Могилева, Родиона Преснецова и Терентия Смердова, записанного в Якутске 24 декабря 1707 года. Вот из него-то и стало известно, что «1703 году осенью» камчатский приказной сын боярский Тимофей Кобелев отправил казака Родиона Преснецова с 22 служилыми людьми в. поход на Берингово море для сбора ясака. Поход оказался тяжелым. Запасы продовольствия были израсходованы. Пришлось питаться тем, что выбрасывало море: морской капустой, крабами, голотуриями, актиниями,— пока не начались морозы. Это-то и дает основание полагать, что первые русские побывали в Авачинской губе осенью 1703 года — в сентябре — октябре. Так выяснилось, что русские открыли Авачинскую губу в том же году, когда несколькими месяцами ранее на Неве была основана новая русская столица — Санкт-Петербург, «Северная Пальмира», будущий город трех революций. Полевой Б. П. Открытие русскими Авачинской губы // Камчатка: Литературно-художественный сборник, 1989. #краш_библиотека #библиотека41 #библиотека_краш #кам_библиотека #библиотека #книги #искусство #культураРФ #время_читать #чтение #library #kamlib

Пост опубликован: 10.09.2019 02:59:36
Количество просмотров: 156

Противодействие коррупции
Выбор культурной столицы
Министерство культуры