۩۞۩ ЗАМЕТКИ КРАЕВЕДА ۩۞۩ В КР...

۩۞۩ ЗАМЕТКИ КРАЕВЕДА ۩۞۩ В КРАЮ ДИКИХ ОРХИДЕЙ (Продолжение, начало см. по ссылке https://vk.com/kkamlib?w=wall-62504270_13938 ) Национальный эвенский ансамбль «Нулгур» создан в Эссо в 1985 году Натальей Григорьевой. С 1996 года ансамбль возглавляет Галина Федотова, несколько лет до этого танцевавшая в «Мэнго». Сейчас в ансамбле 15 человек, но в нашей этно-культурной экспедиции участвуют только десять. Кроме того, в экспедиции находятся проводник Валентин Солодиков, водитель вездехода Сергей Яковлев и трое журналистов. Всего –пятнадцать человек. Внутри вездехода умещаются не все, поэтому мужчины едут на броне, чем сильно досаждают водителю. Он у нас щепетильный в этих вопросах, но поделать ничего не может – не очень слушаемся. Вообще, наша экспедиция – это молодежный лагерь для творческих людей. Лагерь в пути. Право на экспедицию и деньги на нее «Нулгур» выиграл в честной борьбе с другими коллективами, предложив более насыщенную программу. Финансирует экспедицию областная администрация в лице двух управлений – молодежной политики и культуры. Помогают горнопромышленные предприятия «Геотехнология», «Камголд», «Корякгеолдобыча», администрация Быстринского района и Дирекция природных парков, снабдившая «Нулгур» радиостанцией, по которой Кирилл Ичанга и Валентин Солодиков никак не могут докричаться до «Панды-71». Хорошо нас слышит только Налычевский парк, но передать от нас информацию в Эссо гордо и неприступно отказывается. Точнее, совсем не вступает с нами в разговор, нарушая святое правило о помощи. «Слышу вас, слышу», – отзывается женщина, но больше не обращает на нас внимания. По правде, помощь нам не нужна, просто надо передать в Эссо, что с экспедицией все в порядке. В стойбище на Облуковине мы застали только молодую женщину Оксану с грудным младенцем. Остальные где-то на рыбалке, так как сюда, в верховья Облуковины рыба не дошла. Бабушка Мария Алексеевна и ее сын Николай так хотели повидать соседей, что расстроились из-за их отсутствия. Что ж, бывает. Здесь будем ночевать, поэтому разбиваем лагерь, топим баньку. Кроме того, «Нулгур» решает показать свои танцы бабушке Марии Алексеевне, чтобы она внесла в них возможные поправки. Бабушка замечаний не делает, ей все нравится. – «Нулгур» переводится с эвенского языка как «кочевники», – говорит художественный руководитель ансамбля Галина Федотова. – Мы и вправду кочуем. Этно-культурная экспедиция задумана еще в прошлом году, и все это время мы боялись, что она не получится. Но – получилась. Мы настолько рады, что побывали в стойбищах и на рыбалках, посмотрели, как живут наши соплеменники, придерживаясь традиций предков, что это не передать словами. Встречают нас очень хорошо. И концерт хорошо принимают. А потом у нас проходит беседа с дедушками и бабушками, мы выпытываем у них сказки, вообще фольклор. Они ударяются в воспоминания, рассказывают, как их родители танцевали, пели. Я еще ни разу не была в стойбищах, поэтому мне все интересно... Стойбище Улаковчан находится в устье речушки Шангычка, впадающей в реку Ича. Небольшой рубленый домик, неказистая банька, летний шалаш, амбар и юкольник – вот и все строения стойбища. На берегу Шангычки привязаны ездовые собаки, мимо которых с важным видом ходит огромный рыжий кот, со злорадством наблюдая, как псы в бессилье исходят лаем. Он знает, что собаки на привязи, и все рыбные отходы после каждой рыбалки достаются только ему да маленькой собачонке Каменушке, которая прозвана так за то, что постоянно таскает в зубах каменный окатыш. В стойбище живет большая дружная семья Коерковых, а также их русский зять Андрей. Мой отец, журналист Александр Смышляев хорошо знал покойного ныне главу семьи Анатолия Гавриловича Коеркова, а теперь и отец, и мы с братом познакомились с его сыновьями и дочерями. У дочерей Акулины и Надежды – грудные дети. Они здесь же, в стойбище. Мы наблюдаем, как один из малышей сосет камень, полагая, видимо, что это лакомство. Мы смеемся и фотографируем эту сценку, после чего я спохватываюсь, что в моем рюкзаке остался «Сникерс», который, наверняка, понравится ребенку больше, чем камень. Андрей родился и вырос на самом севере Камчатки в Пенжинском районе, до сих пор там живет его отец. С детства Андрей полюбил тундру, рыбалку и охоту, близко узнал северян – добрых и отзывчивых людей. Когда переселился с матерью в центр полуострова в село Эссо, познакомился с эвенами. Будущую жену ему пришлось выкрасть – не очень хотел покойный тесть отдавать дочь за русского. Но русский зять быстро пришелся ко двору: и высок, и ловок, и трудолюбив. И не хочет другой жизни, кроме как в стойбище. Сейчас он на равных со всеми, а то и главенствует. В беседу с нами он вступает первым. – Никогда в реке Иче не было горбуши, – рассказывает Андрей. – Лимит на ее вылов нам всегда вписывали в рыболовный билеты, но цифры стояли небольшие, чисто формальные. А нынче вдруг здесь появилась горбуша. Причем, прет и прет. Но ловить нельзя – нам выписано менее 100 килограммов, мы их уже взяли. Зато нерки и кеты почти нет, а они и составляют весь наш план по вылову, указанный в билете. Что делать, не знаем. Идем на крутой берег Ичи. Внизу, в глубоком омуте, стаями ходит горбуша. Изредка промелькнет парочка кетин. Как в такой ситуации быть рыбаку? Долго на стойбище не задерживаемся, так как сегодня нам необходимо попасть еще в два места – на реки Озерная и Облуковина. Переправляемся через Ичу и сразу же попадаем в стойбище Маныч. Но оно пустует, хозяева куда-то отлучились. Едем на юг, к реке Озерной. Вскоре выезжаем на широкую пойменную тундру, сплошь исхоженную медведями. Правда, самих косолапых так и не встретили, они прячутся в высокой траве. В стойбище Озерная живет семья Солодиковых. Глава семьи Петр Федотович Солодиков – один из старейшин среди эвенов, ему пошел 82 год. Он и его жена Мария Алексеевна выходят из просторной дю встречать наш вездеход. – Я далеко вас услышал, – говорит старик. Затем спрашивает: – Правда же, хорошее у нас место? Открытое! Хорошо солнце видно, тундра хорошая! Стойбище похоже на все предыдущие: зимняя избушка, летник с костром и дымоходом, дополнительная юрта, банька и юкольник. Над только что вывешенной для вяления рыбой роятся мухи. Лают привязанные ездовые собаки, за юртой жалобно скулит щенок. Подходит сын стариков Николай Петрович Солодиков. Говорит, что в стойбище живут еще его брат и сестра, но они уехали в Эссо за продуктами и вот-вот должны вернуться. Мы знаем об этом. Мало того, обогнали их на тундре. Они едут на лошадях, везут закупленные продукты. С ними – дети сестры, едут в стойбище на каникулы. – Мы живем здесь с 1978 года, – рассказывает словоохотливая Мария Алексеевна. –Работали в табуне, а потом – сразу сюда. Постоянно здесь находимся, лишь в июле-августе ездим за продуктами. А старик вообще не выезжает. Но скоро придется и ему ехать, надо новый российский паспорт получать. Вы не знаете, когда срок закончится? – Я говорю, что вообще-то осталось два месяца. Бабушка сокрушается: надо поспешить, а то без документа сложно будет. Поистине старые люди – самые дисциплинированные. Глядя на старика, я сомневаюсь, что он доедет на лошади до Эссо и вернется обратно. Ведь путь в одну сторону занимает неделю. – Подходит старик, интересуется новостями, говорит, что «Спидола» без батареек, поэтому не знает, что творится в мире. Расспрашивает о войне в Ираке: разгромили иракцы американов или нет. Очень сожалеет, что не разгромили. Похоже, давно он не слышал радио. Еще его интересуют лесные пожары. «Жара-то стоит большая, горит, наверное, везде...» Березовый лес находится далеко от стойбища, на другом конце тундры. Готовят дрова вручную, затем на себе или на собаках доставляют сюда. Все это делают Николай и его брат. Они же занимаются рыбалкой и охотой. В просторной юрте-дю бабушка начинает печь лепешки. Выпекает на дне кастрюльки, на открытом огне. Получается у нее ловко, привычно. Мы пьем чай со свежими лепешками. В это время в стойбище въезжают конники – прибыли брат с сестрой Николая с продуктами. Сразу же распрягают коней, снимают вьюки. Дети отводят коней на тундру, отпускают пастись. – Раз наши приехали, мы с сыном Николаем съездим вместе с вами к соседям, на Облуковину, – говорит бабушка руководителю ансамбля «Нулгур» Галине Федотовой. Та соглашается взять их. Но прежде я спрашиваю Марию Алексеевну, верит ли она в Бога. – Крещеная я, – отвечает старушка. – Мы все крещеные, и дети тоже. Я снова спрашиваю, читает ли она по-эвенски. Мария Алексеевна утвердительно кивает головой. Тогда я дарю ей Евангелие от Луки на эвенском языке. По поручению епископа Петропавловского и Камчатского Игнатия мы везем с собой несколько таких книжечек Евангелия, чтобы дарить людям. Мария Алексеевна поражена, что на ее родном языке существует Библия. Принимает подарок с большой благодарностью. Живо интересуется этим и старик Мы еще не успели уехать из стойбища, а он уже завладел книгой, улегся у костра в дымной дю и принялся читать. Еле оторвали, чтобы по-прощаться с ним. Но при этом он отвел меня в сторонку и спросил, как правильно креститься, в каком порядке. Я объяснила. – А иконка где-то у бабки есть, – хитро подмигивает мне Петр Федотович. Едем на юг, к реке Облуковине. На ней находятся несколько эвенских родовых стойбищ, но мы успеем посетить только одно – Средне-Облуковинское. Наш проводник Валентин Солодиков помнит дорогу, кочевал когда-то здесь с оленями, к тому же теперь с нами Николай Солодиков, а он хорошо знает путь к соседям. Ого-го, камчатская Эвения! Брихачёва А. А. В краю диких орхидей // Тобольск и вся Сибирь. Книга XII. Камчатка, 2010. #заметки_краеведа #краш_библиотека #библиотека41 #библиотека_краш #кам_библиотека #библиотека #книги #искусство #культураРФ #время_читать #чтение #library #kamlib

Пост опубликован: 23.06.2020 01:02:33
Количество просмотров: 117

Противодействие коррупции
Выбор культурной столицы
Министерство культуры