В День памяти Александра Сергеевича Пушкина
Последние минуты Пушкина
185 лет назад, 10 февраля 1837 года, погиб, пожалуй, самый известный поэт нашей страны, Александр Сергеевич Пушкин. И если в современном мире практически каждый школьник знает, что дуэль с Жоржем Дантесом, в результате которой ушёл из жизни Александр Сергеевич, состоялась 8 февраля в Санкт-Петербурге близ Чёрной речки, то современники поэта не были так тщательно осведомлены.
11 февраля в приложении к газете «Русский инвалид» появится извещение о смерти поэта. Написал его литератор Владимир Федорович Одоевский: «Солнце нашей поэзии закатилось! Пушкин скончался, скончался во цвете лет, в средине своего великого поприща!.. Более говорить о сем не имеем силы, да и не нужно: всякое русское сердце знает всю цену этой невозвратимой потери, и всякое русское сердце будет растерзано...»
О причинах смерти страна узнает позже, только через 10 лет: «Впервые в 1847 г. в биографии Пушкина, помещенной в Дополнении к „Словарю достопамятных людей“ Д. П. Бантыш-Каменского, были указаны обстоятельства смерти поэта – чрезвычайно лаконично, впрочем. „Его положили в гроб и зарезали городские сплетни, людская злоба и клевета. Пылкая, страстная африканская душа Пушкина не могла вытерпеть раздражения, произведенного молвой“ – (это цитата из письма Вяземского А. Я. Булгакову от 5.02.1837 г.). „27 января он сразился на пистолетах с Геккерном и был ранен (Пушкин был ранен в правый бок выше печени; пуля пробила кишку и осталась в ней“ – добавлялось в примечании под строкой)» [1].
Всего в жизни Александра Сергеевича было зафиксировано порядка 30 вызовов на дуэль. В большинстве случаев инициатором выступал сам поэт, и стараниями друзей эти схватки были отменены, 7 раз на дуэль вызывали Пушкина, из них состоялись четыре поединка, последний стал роковой для поэта.
Предыстория трагической схватки такова: француз Жорж Шарль Дантес в 30-е годы приехал в Россию, светскому обществу его представил барон Луи Геккерн, являвшийся посланником нидерландского двора в столице. Впоследствии, в 1836 году, барон усыновил Дантеса, и тот взял фамилию Геккерн.
На одном из балов «Дантес, пользуясь случаем, тут же просил государя позволить ему вступить в русскую военную службу. Государь изъявил согласие. Императрице было угодно, чтобы Дантес служил в ее полку, и, несмотря на дурно выдержанный экзамен, Дантес был принят в Кавалергардский полк, прямо офицером, и, во внимание к его бедности, государь назначил ему от себя ежегодное негласное пособие» [2].
В 1835–1836 годах барон Геккерн и Дантес были частыми гостями в доме Пушкина, но вскоре появились слухи о том, что француз ухаживает за Натальей Николаевной, и Пушкин перестал принимать Дантеса у себя дома. Еще через некоторое время он получил анонимный пасквиль, в котором ему присваивался «патент на звание рогоносца». Аналогичные письма были разосланы ряду его друзей: кто-то переслал эти письма Пушкину, кто-то, не прочитав, разорвал.
Позже ряд исследователей высказали предположение, что в письме содержался намек на мнимую связь Натальи Николаевны с императором, так как Пушкин был назван заместителем Дмитрия Нарышкина, чья жена была любовницей покойного Александра I; но эта гипотеза была поддержана далеко не всеми.
«Октябрьская революция, открыв государственные и частные архивы, выявила на свет новые материалы, лежавшие под спудом. Важные документы из секретного фонда департамента полиции опубликовал А. С. Поляков (1922 г.), полностью и с обстоятельными комментариями издан был „Дневник“ Пушкина (1923 г.), вышли в свет ценные записи Бартенева (1925 г.). Но еще важнее был тот огромный сдвиг, который революция произвела в нашем сознании. Она заострила внимание к общественно-политической стороне гибели Пушкина. Наши глаза вдруг открылись на вещи, которых раньше не замечали или не оценивали по достоинству. Мы вдруг увидели истинный смысл пасквиля, явившегося завязкой всей драмы – пасквиль намекал на измену жены Пушкина не с Дантесом, а с самим императором Николаем Павловичем. Это освещало все дело совершенно новым светом» [3].
Сам же Пушкин, по воспоминаниям его секунданта Константина Данзаса, подозревал в авторстве этого послания барона Геккерна-старшего. Поняв это, поэт вечером 4 ноября послал Дантесу вызов на дуэль. Через неделю Жорж Дантес делает предложение сестре Натальи Николаевны – Екатерине, ввиду новых родственных связей Пушкин отозвал свой вызов, возможно, немаловажную роль сыграла и аудиенция, данная Пушкину Николаем I впервые за 10 лет.
После смерти Пушкина многие в авторстве письма подозревали князя Гагарина; а затем и Петра Владимировича Долгорукова.
«Последняя, самая серьёзная и авторитетная экспертиза, инициированная Г. Е. Хаитом в 1974 году и проведённая Всесоюзным НИИ судебных экспертиз Министерства юстиции СССР, установила:
– оба сохранившихся образца «диплома», в том числе и адрес, написаны одним лицом;
– написавший анонимное письмо был не француз;
– «диплом» написан человеком из высшего общества;
– «диплом» написал не П. В. Долгоруков, не И. С. Гагарин;
– составителем и исполнителем «диплома» был, вероятнее всего, один и тот же человек» [4].
Так что доподлинно сказать, кто же является автором письма, не представляется возможным.
10 января 1837 года Дантес и Екатерина Гончарова обвенчались, но конфликт между новоявленными свояками не угас, и 7 февраля Пушкин написал письмо Геккерну, в котором нелестно отзывался о нем, как об отце Дантеса, и прерывал все отношения.
«Он написал барону Геккерну в весьма сильных выражениях известное письмо, которое и было окончательной причиной роковой дуэли нашего поэта.
Говорят, что, получив это письмо, Геккерн бросился за советом к графу Строганову и что граф, прочитав письмо, дал совет Геккерну, чтобы его сын, барон Дантес, вызвал Пушкина на дуэль, так как после подобной обиды, по мнению графа, дуэль была единственным исходом.
В ответ Пушкину барон Геккерн написал письмо, в котором объявил, что сын его пришлет ему своего секунданта. С вызовом к Пушкину от Дантеса приехал служивший тогда при французском посольстве виконт д’Аршиак» [5].
Дуэль была назначена на 8 февраля в 5-м часу пополудни за Черной речкой возле Комендантской дачи. Оружием выбраны пистолеты.
Стреляться соперники должны были на расстоянии двадцати шагов, с тем, чтобы каждый мог сделать пять шагов и подойти к барьеру; никому не было дано преимущества первого выстрела.
«Пушкин первый подошел к барьеру и, остановившись, начал наводить пистолет. Но в это время Дантес, не дойдя до барьера одного шага, выстрелил, и Пушкин, падая, сказал:
— Мне кажется, что у меня раздроблено бедро.
Секунданты бросились к нему, и, когда Дантес намеревался сделать то же, Пушкин удержал его словами:
– Подождите, у меня еще достаточно сил, чтобы сделать свой выстрел
Дантес остановился у барьера и ждал, прикрыв грудь правою рукою.
При падении Пушкина пистолет его попал в снег, и потому Данзас подал ему другой.
Приподнявшись несколько и опершись на левую руку, Пушкин выстрелил.
Дантес упал.
На вопрос Пушкина у Дантеса, куда он ранен, Дантес отвечал:
–. Я думаю, что я ранен в грудь
– Браво! – вскрикнул Пушкин и бросил пистолет в сторону» [6].
Дантес был ранен в руку, пуля срикошетила о металлические пуговицы мундира. Пушкин был ранен в правую сторону живота; пуля, раздробив кость верхней части ноги у соединения с тазом, глубоко вошла в живот и там остановилась.
С этого момента начался отсчет времени до того момента, когда сердце поэта перестанет биться. Александра Сергеевича доставили на карете барона Геккерна в дом на набережную реки Мойки, дом 12, в 18:30. Там он и умрет через 44 часа, 10 февраля в 14:45.
Пушкина осматривали несколько врачей: первичный осмотр и перевязку сделали медики Карл Задлер и Василий Штольц. Руководил лечением с момента приезда и до смерти Николай Арендт, лейб-медик императора Николая I. Домашний врач семьи Пушкиных Иван Спасский практически все время был с поэтом, исполняя назначения Арендта. Владимир Даль вел дневник истории болезни.
«Арендт также осмотрел рану. Пушкин просил его сказать ему откровенно: в каком он его находит положении, и прибавил, что какой бы ответ ни был, он его испугать не может, по что ему необходимо знать наверное свое положение, чтобы успеть сделать некоторые нужные распоряжения.
– Если так, – отвечал ему Арендт, – то я должен вам сказать, что рана ваша очень опасна и что к выздоровлению вашему я почти не имею надежды» [7].
Николай Арендт сообщил императору о произошедшем и передал просьбу Пушкина помиловать секунданта Данзаса. Он действительно был помилован, отсидев всего два месяца на гауптвахте.
Также Николай I пообещал позаботиться о Наталье Николаевне и детях, что и было сделано: были выплачены долги, выкуплено заложенное имение отца, назначена пенсия вдове и детям, за государственный счет были изданы сочинения Александра Сергеевича.
Остальные участники дуэли были наказаны строже: Дантес был разжалован в рядовые и, как иностранный подданный, выслан за границу. Правда много позже, когда его политическая карьера во Франции удачно сложилась, он заявлял, что если бы не дуэль и высылка из России, он был бы гораздо менее успешен.
Нидерландский министр Луи Геккерн был отозван из Петербурга – Николай I дал понять о нежелательности его дальнейшего пребывания в России.
«Солнце русской поэзии» закатилось в неполные 38 лет, но, несмотря на это, горит на небосклоне не только отечественной, но и мировой литературы уже почти два столетия…
1. Казанский Б. В. Гибель Пушкина: Обзор литературы за 1837–1937 гг. // Пушкин: Временник Пушкинской комиссии / АН СССР. Ин-т литературы. – М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1937. – [Вып.] 3. – С. 445–457.
2. Данзас К. К. Последние дни жизни и кончина Александра Сергеевича Пушкина в записи А. Аммосова.
3. Казанский Б. В. Гибель Пушкина: Обзор литературы за 1837–1937 гг. // Пушкин: Временник Пушкинской комиссии / АН СССР. Ин-т литературы. – М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1937. – [Вып.] 3. – С. 445–457.
4. Максимов А. С. Л. Б. Геккерн, К. В. Нессельроде и анонимные письма. Почему погиб Пушкин.
5. Данзас К. К. Последние дни жизни и кончина Александра Сергеевича Пушкина в записи А. Аммосова.
6. Там же.
7. Там же.
Пост опубликован: 10.02.2022 03:24:12 Количество просмотров: 171